. Александр Бурьяк: Абсурдизм как глобальная угроза

Абсурдизм как глобальная угроза

25. Приложение 3: Чужие тексты.

25.1. Абсурдистские произведения Даниила Хармса.

"Стих" под названием "Сек"(1925): Н ты эт его финьть фанть фунть б м пильнео фунть фанть финть * * * Текст "Есть ли что-нибудь на земле..." (1937 г.): - Есть ли что-нибудь на земле, что имело бы значение и могло бы даже изменить ход событий не только на земле, но и в других мирах? -- спросил я своего учителя. - Есть, -- ответил мне мой учитель. - Что же это? -- спросил я. - Это... -- начал мой учитель и вдруг замолчал. Я стоял и напряженно ждал его ответа. А он молчал. И я стоял и молчал. И он молчал. И я стоял и молчал. И он молчал. Мы оба стоим и молчим. Хо-ля-ля! Мы оба стоим и молчим. Хо-лэ-лэ! Да, да, мы оба стоим и молчим! * * * Неудачный спектакль (1934 г.): На сцену выходит Петраков-Горбунов, хочет что-то сказать, но икает. Его начинает рвать. Он уходит. Выходит Притыкин. П р и т ы к и н : Уважаемый Петраков-Горбунов должен сооб: (Его рвет, и он убегает). Выходит Макаров. М а к а р о в : Егор: (Макарова рвет. Он убегает). Выходит Серпухов. С е р п у х о в : Чтобы не быть: (Его рвет, он убегает). Выходит Курова. К у р о в а : Я была-бы: (Ее рвет, она убегает). Выходит маленькая девочка. М а л е н ь к а я д е в о ч к а : Папа просил передать вам всем, что театр закрывается. Нас всех тошнит! Занавес. * * * "Фрагмент без названия" (1939-1940): Когда я вижу человека, мне хочется ударить его по морде. Так приятно бить по морде человека! Я сижу у себя дома и ничего не делаю. Вот кто-то пришел ко мне в гости; он стучится в мою дверь. Я говорю: "Войдите!" Он входит и говорит: "Здравствуйте! Как хорошо, что я застал вас дома!" А я его стук по морде, а потом еще сапогом в промежность. Мой гость падает навзничь от страшной боли. А я ему каблуком по глазам! Дескать, нечего шляться, когда не звали! А то еще так: я предлагаю гостю выпить чашку чая. Гость согла- шается, садится к столу, пьет чай и что то рассказывает. Я делаю вид, что слушаю его с большим интересом, киваю головой, ахаю, де- лаю удивленные глаза и смеюсь. Гость, польщенный моим вниманием, расходится все больше и больше. Я спокойно наливаю полную чашку кипятка и плещу кипятком гостю в морду. Гость вскакивает и хватается за лицо. А я ему говорю: "Больше нет в моей душе добродетели. Убирайтесь вон!" И я выталкиваю гостя. * * * ХРАБРЫЙ ЁЖ Стоял на столе ящик. Подошли звери к ящику, стали его осматривать, обнюхивать и облизывать. А ящик-то вдруг -- раз, два, три -- и открылся. А из ящика-то -- раз, два, три -- змея выскочила. Испугались звери и разбежались. Один еж не испугался, кинулся на змею и -- раз, два, три -- загрыз ее. А потом сел на ящик и закричал: "Кукареку!". Нет, не так! Еж закричал: "Ав-авав!". Heт, и не так! Еж закричал: "Мяу-мяу-мяу!". Нет, опять не так! Я и сам не знаю как. Кто знает, как ежи кричат? * * * ВСЕ ЛЮДИ ЛЮБЯТ ДЕНЬГИ Все люди любят деньги: и гладят их, и целуют, и к сердцу прижимают, и заворачивают их в красные тряпочки, и няньчат их, как куклу. А некоторые заключают дензнак в рамку, вешают его на стену и поклоняются ему как иконе. Некоторые кормят свои деньги: открывают им рты и суют туда самые жирные куски своей пищи. В жару несут деньги в холодный погреб, а зимой, в лютые морозы, бросают деньги в печку, в огонь. Некоторые просто разговаривают со своими деньгами, или читают им вслух интересные книги, или поют им приятные песни. Я же не отдаю деньгам особого внимания и просто ношу из в кошельке или в бумажнике и по мере надобности трачу их. Шибейя! * * * НОВЫЙ ТАЛАНТЛИВЫЙ ПИСАТЕЛЬ Андрей Андреевич придумал рассказ. В старинном замке жил принц, страшный пьяница. А жена этого принца, наоборот, не пила даже чаю, только воду и молоко пила. А муж ее пил водку и вино, а молока не пил. Да и жена его, собст- венно говоря, тоже водку пила, но скрывала это. А муж был бесстыдник и не скрывал. "Не пью молока, а водку пью!" -- говорил он всегда. А жена тихонько, из-под фартука, вынимала баночку и хлоп, значит, выпивала. Муж ее, принц, говорит: "Ты бы и мне дала". А жена, принцесса, говорит: "Нет, самой мало. Хю!" -- "Ах ты, говорит принц, ледя!" И с этими словами хвать жену об пол! Жена себе всю харю расшибла, лежит на полу и плачет. А принц в мантию завернулся и ушел к себе на башню. Там у него клетки стояли. Он, видите ли, там кур разводил. Вот пришел принц на башню, а там куры кричат, пищи требуют. Одна курица даже ржать начала. "Ну ты, -- говорит ей принц, -- шантоклер! Молчи, пока по зубам не попало!" Курица слов не понимает и продолжает ржать. Выходит, значит, что курица на башне шумит, принц, значит, матерно ругается, а жена внизу, на полу лежит -- одним словом, настоящий содом. Вот какой рассказ выдумал Андрей Андреевич. Уже по этому рассказу можно судить, что Андрей Андреевич крупный талант. Андрей Андреевич очень умный человек. Очень умный и очень хороший! 12 и 30 октября 1938 года. * * * Последний сохранившийся текст Хармса -- рассказ "Реабилитация" (1941): Не хвастаясь, могу сказать, что, когда Володя ударил меня по уху и плюнул мне в лоб, я так его схватил, что он этого не забудет. Уже потом я бил его примусом, а утюгом я бил его вечером. Так что умер он совсем не сразу. Это не доказательство, что ногу я отрезал ему еще днем. Тогда он был еще жив. А Андрюшу я убил просто по инерции, и в этом я себя не могу обвинить. Зачем Андрюша с Елизаветой Антоновной попались мне под руку? Им было не к чему выскакивать из за двери. Меня обвиняют в кровожадности, говорят, что я пил кровь, но это неверно, я подлизывал кровяные лужи и пятна; это естественная потребность человека уничтожить следы своего, хотя бы и пустяшного, преступления. А так же я не насиловал Елизавету Антоновну. Во первых, она уже не была девушкой, а вот вторых, я имел дело с трупом, и ей жаловаться не приходится. Что из того, что она вот-вот должна была родить? Я и вытащил ребенка. А то, что он вообще не жилец был на этом свете, в этом уж не моя вина. Не я оторвал ему голову, причиной тому была его тонкая шея. Он был создан не для жизни сей. Это верно, что я сапогом размазал по полу их собачку. Но это уж цинизм - обвинять меня в убийстве собаки, когда тут, рядом, можно сказать, уничтожены три человеческие жизни. Ребенка я не считаю. Ну, хорошо: во всем этом (я могу согласиться) можно усмотреть некоторую жестокость с моей стороны. Но считать преступлением то, что я сел и испражнился на свои жертвы, -- это уж, извините, абсурд. Испражняться -- потребность естественная, а следовательно, и отнюдь не преступная. Таким образом, я понимаю опасения моего защитника, но все же надеюсь на полное оправдание.

25.2. Игорь Пименов "'Встреча стилей' под вопросом".

"Встреча стилей" -- это Международный фестиваль граффити, кото- рый нынче второй раз проводился в Гомеле. От первой "Встречи" на набережной Сожа сохранилось около двухсот метров оригинальных работ высотой около трех метров, на что германская фирма-произво- дитель выделила бесплатно полтысячи баллонов краски, а город обзавелся достопримечательностью, которой нет больше нигде в стране. Росписи тогда были выполнены накануне Дня города -- 13 сентября. В этом году добавилось еще более ста метров росписей в районе Центрального парка культуры и отдыха. Их оставили команды художников из Германии, Польши, Бельгии, России, Украины и некоторых городов Беларуси. Главным требованием гомельских властей к участникам обеих "Встреч" было не расписывать фасады зданий и своим творчеством не вмешиваться в политическую жизнь Беларуси. "Встреча" -- единственный фестиваль такого формата на постсоветском пространстве. Трудно представить, где еще могут обменяться опытом художники, работающие в этом специфическом жанре. Да и городу, как многие считают, украшение. Правда, в прошлом году приезжие и местные мастера граффити несколько отклонились от сожской стены и расписали несколько городских зданий, которые организаторам акции затем пришлось приводить в первозданный вид. Предупреждения и в этом году действия не возымели: количество произведений на не отведенных для творчества стенах значительно возросло, а их профессионализм и содержание во многих случаях не выдерживают никакой критики. И опять устроители вынуждены будут заняться "реставрационными" работами. Городские же власти всерьез задумались, стоит ли проводить "Встречу стилей" в 2005 году. ("Белорусская деловая газета", 20.08.2004)
граффити
Абсурдистские выверты на набережной в Гомеле.

25.3. Оксана Тушкина "Души-губы".

(Для абсурдистов каламбуры очень привлекательны, поэтому автор данного эссе уже самим его названием даёт понять, что пишет о вещах близких и приятных.) Сколько сказано и написано о способности искусства отражать глубинные человеческие страсти посредством предельно выразительных художественных образов! В их списке страстно или дерзко полураскрытые губы всегда находились на первых позициях. В канун Дня всех влюбленных вспомним наиболее яркие достижения ХХ века в этой области.

Диван Дали

Свободно блуждающий исследователь им же самим созданной вселен- ной Сальвадор Дали, как это ни странно, искал признания общества, которое, в сущности, равнодушно к искусству. Особенно современно- му. Гениальный во всем, а значит, и в упрямстве Дали создал шокирующие и вызывающие сюрреалистические объекты. Среди них -- "Ретроспектива женского бюста" и "Телефон-лангуст" (он же "Телефон Афродиты"). Впрочем, они так и остались всего лишь предметами искусства. А вот "Диван-губы Майи Уэст" больше похож на "искусство в массы". Итак: деревянная рама, обтянутая розовым атласом, -- основной элемент знаменитой композиции "Лицо Майи Уэст, которое может быть использовано под квартиру".

Логотип The Rolling Stones

Знатоки творчества классика поп-арта Энди Уорхола и ценители музыки The Rolling Stones без труда назовут совместную работу знаменитых хулиганов прошлого века -- альбом Sticky Fingers 1971 года. На картон обложки Уорхол не только поместил натуральные джинсы, но и для наиболее любопытных, сумевших расстегнуть на штанах застежку-молнию, поместил под джинсы нижнее белье с инициалами владельцев. Еще один продукт группового творчества знаком едва ли не каждому любителю рок-музыки. Но не каждый знает, что знаменитый широко растиражированный широко открытый рот с длинным языком -- фирменный знак бывших бунтарей, а ныне рыцарей Ее Величества -- тоже дело рук короля ширпотреба.

Поющий рот из Rocky Horror Picture Show

Культовый пародийный киномюзикл середины 70-х любим продвинуты- ми массами не только за юную Сьюзен Сарандон в комбинации, накрашенного Тима Кэрри в корсете и ажурных чулках и сумасшедшие танцы под лихой и жеманный глэм-рок. В памяти преданных поклонников данного безумного зрелища навсегда сохранится начало фильма: на абсолютно черном фоне огромный ярко-красный рот, сверкая зубами и сексуально облизываясь, исполняет заглавную тему ленты и зазывает на "ночное двуличное живописное шоу". На второй минуте прочувствованной арии этого густо накрашенного создания хочется либо броситься в его пасть, либо расцеловать соседку/соседа. Вполне возможно, что оба эффекта были сознательно запланированы создателями фильма.

Писсуар от Virgin: готов к улету

Наряду с бассейном, плазменными телевизорами и "макинтошами" -- в свободном доступе обновленные и исправленные аналоги писсуара Марселя Дюшана. Это -- одна из самых стильных приманок для прожигающих время в ожидании очередного авиарейса в VIP-зале нью-йоркского аэропорта имени Джона Кеннеди. Проект голландской фирмы Bathroom Mania целомудренно называется "Поцелуи". Хотя, учитывая, что объекты используются по своему прямому писсуарному назначению в мужских WC, на ум приходят несколько иные ассоциации. У нас же, кроме флаеров с унитазами-сердечками, небрежно сделанных в Photoshop'e, никаких сантехнических чудес нет и не предвидится. ("Белорусская деловая газета", 11.02.2005)

25.4. Десять экстремальных способов добавить себе привлекательности.

С сайта turist.rbc.ru (01.12.2009). Признанных обществом способов украсить свое тело немного: татуировки, серьги в ушах да пирсинг в пупке. Все остальные манипуляции над телом вызывают у простого обывателя шок и отвращение. А ведь люди в самых разных уголках мира изобрели немало способов выделить себя из безликой массы окружающих, правда, зачастую такие 'украшательства' воспринимаются окружающими как увечье. Иногда хирургическое вмешательство связано с религиозными культами или с необходимостью обозначить свой статус, а некоторые индивидуумы и вовсе воспринимают все тело как объект искусства, и творят из него такое... Вот лишь 10 самых странных манипуляций над собственным организмом, которым подвергают себя люди. Слабонервным лучше этих фотографий не видеть! 1. Силиконовые имплантанты. Наука не стоит на месте: один из ее последних подарков желающим модифицировать свое тело - силиконовые имплантанты, которые не повлияют на жизнедеятельность организма, но позволят приподнять кожу и создать тем самым любой рисунок.
имплантант
Силиконовые имплантанты.



  2. Раздвоенный язык.

  Расщепление языка - процесс невероятно болезненный. Отврати-
тельные раны заживают очень долго и постоянно воспаляются. Зато
потом в награду за мучения страдалец получит сюрреалистичный
раздвоенный язык, причем каждая из половинок может двигаться
отдельно. Некоторые находят это отвратительным, но вряд ли кто
будет отрицать, что это необычное и приковывающее внимание
зрелище.

раздвоенный язык
Раздвоенный язык.



  3. Крюки.
	
  Когда мы думаем о пирсинге, то первое, что приходит на ум --
небольшое металлическое колечко, но отнюдь не крюки из
нержавеющей стали. Однако некоторые считают, что настоящий
пирсинг -- это протыкание тела огромными крючьями с проводами, а
потом еще и подвешивание несчастного. Со стороны все выглядит
устрашающе, хотя, по-видимому, причиняет меньше боли, чем можно
было бы предположить.

подвешивание на крюки
Подвешивание на крюки.



  4. Корсет-пирсинг.
	
  Как именно элегантная и добропорядочная шнуровка корсета наве-
яла мысль о корсет-пирсинге, понять сложно. Обычно колечки для
такого 'украшения' располагаются на спине, боку, ноге или любом
другом месте двумя параллельными рядами. Потом можно создать
изящную шнуровку из одной или нескольких лент. Принципиальное
отличие этого вида 'телесных украшений' в том, что ленты, а,
значит, и дизайн легко можно регулярно менять.

корсет-пирсинг
Корсет-пирсинг.



  5. Шрамирование.

  Шрамирование нередко применяется в первобытных племенах во 
время инициации: мальчикам, вступающим во взрослую жизнь,
разрезают лица, груди и спины, чтобы проверить, способны ли они
терпеть боль, не издавая ни единого звука. Эти знаки помогают
отличить своих соплеменников от чужаков и считаются необходимым
украшением.
  Вслед за дикарями моду на шрамы подхватили наши цивилизованные
современники. Хотя ни инициация, ни подобные знаки отличия им не
нужны, постепенно эта техника становится все более популярной в
США и Европе.

шрамирование
Шрамирование.



  6. Празднование Кавади.
	
  Быть верноподданным тамильского бога войны непросто: доказывать
веру придется с помощью острых прутьев и шипов. Самые набожные
прокалывают свою кожу более чем сотнями разнообразных железяк,
чтобы потом приковать себя небольшими цепочками к огромным
железным платформам-алтарям с подношениями.
  Впрочем, на это идут далеко не все. Преподнести в качестве 
жертвы вместо боли кувшин молока хоть и выглядит менее эффектным,
но тоже не возбраняется.

Кавади
Празднование Кавади.



  7. Ампутация.

  Подобно тому, как одни люди имеют врожденное желание изменить
пол, другие мечтают об ампутации конечностей. Они могут быть
вполне добропорядочными гражданами, но их желание настолько
сильно, что они не в силах совладать с ним. Поскольку уговорить
врача на ненужную ампутацию невозможно, большинству из этих людей
приходится делать все самим подручными инструментами, скрывшись
от глаз домашних в гараже или подвале. Расставшись с частью
своего тела, они испытывают облегчение.

ампутация
Ампутация.



  8. Пирсинг.
	
  На 2-4 колечка в ухе сегодня вряд ли кто обратит внимание, 
но даже обыкновенный пирсинг можно довести до крайности, если
вовремя не остановиться, ведь теоретически проколоть можно все.
Одни проводят столь болезненную операцию на половых органах,
другие и вовсе покрывают колечками каждый сантиметр тела.
  Абсолютный рекорд поставила женщина, сделавшая пирсинг более 
чем в тысяче мест.

пирсинг
Пирсинг.



  9. Зубные украшения.
	
  В мире находятся индивидуумы, считающими красивым зубные
инкрустации из драгоценных камней, золотые коронки или зубы,
подточенные в виде клыков вампира.
  В некоторых африканских племенах часть зубов выбивают при
инициации, чтобы показать, что вытерпевший боль мальчик достоин
стать мужчиной.

зубные украшения
Зубные украшения.



  10. Растягивание кожи.
	
  О вкусах не спорят: для одних растянутые губы и вытянутые уши 
-- уродство, для других -- идеал женской красоты.
  Аборигены из эфиопского племени Мурси считают очаровательными
девушек с огромными губами. И потому девочки с детства вставляют
в губы специальные пластины, чтобы в брачном возрасте стать
настоящими красавицами в глазах соплеменников. Но делать это
нужно осторожно, чтобы не повредить кожу. Девушку с порванной
губой замуж никто не возьмет.

растягивание кожи
Растягивание кожи.



растягивание кожи Растягивание кожи.
растягивание кожи Растягивание кожи.

растягивание шеи
Растягивание шеи.


25.5. Андреа Дворкин "Гиноцид, или Китайское бинтование ног".

(Андреа Дворкин не случайно избрала именно такой способ написания слова 'геноцид': не 'genocide' (физическое истребление), а именно gynocide. Дело в том, что gynocide происходит от (греч. - женщина) - отсюда 'гинекология' и т. д., - что наводит на мысль о гендерном аспекте геноцида. Более того, в контексте данной работы важны также и другие - 'цветочные' - коннотации: gynoecium в ботанике означает 'женские части' цветка; gynoscions - наличие совершенных женских цветков на различных растениях (Лотос в китайской культуре, несомненно, олицетворяет совершенный цветок, также как женщина-лотос мыслилась как украшение этой культуры). Инструкции перед чтением текста: 1. Возьмите кусок материи примерно трех метров длиной и пяти сантиметров шириной. 2. Возьмите пару детских туфель. 3. Подогните пальцы ног, кроме большого, внутрь стопы. Оберните материей сначала пальцы, а затем пятку. Сведи-те пятку и пальцы как можно ближе друг к другу. Плотно оберните оставшуюся материю вокруг стопы. 4. Засуньте ногу в детские туфли, 5. Попробуйте прогуляться. 6. Представьте, что вам пять лет... 7. ...И что вам придется ходить таким образом всю жизнь. Истоки китайского 'бинтования ног', как и традиции китайской культуры в целом, восходят к седой древности. В X веке в Китае было положено начало физической, духовной и интеллектуальной дегуманизации женщин, выразившееся в таком явлении, как обычай 'бинтования ног'. Институт 'бинтования ног' расценивался как необходимый и прекрасный и практиковался почти десять веков. Правда, редкие попытки 'освобождения' ступни все же предпринимались, однако художники, деятели интеллектуальной сферы и обладавшие властью женщины, противившиеся обряду, были 'белыми воронами'. Их скромные потуги были обречены на провал: 'бинтование ног' стало политическим институтом. Он отражал и увековечивал низшее, по сравнению с мужчинами, положение женщин в социальном и психологическом плане: 'бинтование ног' жестко привязывало женщин к определенной сфере с определенными функциями - объектов секса и кормилиц детей. 'Бинтование ног' стало частью общей психологии и массовой культуры, а также суровой действительности женщин числом миллион, помноженным на десять веков. Существует распространенное мнение, что 'бинтование ног' возни- кло в среде танцовщиц императорского гарема. Где-то между IX и XI веками император Ли Ю приказал любимой балерине стать на пуанты. Легенда повествует об этом следующим образом: 'У императора Ли Ю была любимая наложница по имени 'Прекрасная Девушка', которая обладала утонченной красотой и была одаренной танцовщицей. Император заказал для нее лотос, сделанный из золота, высотой около 1.8 см, украшенный жемчужинами и с красным ковром в центре. Танцовщице было приказано обвязать ступню белой шелковой материей и подогнуть пальцы таким образом, чтобы изгиб стопы напоминал лунный серп. Танцуя в центре лотоса, 'Прекрас-ная Девушка' кружилась, напоминая восходящее облачко' [1]. От этого реального события перевязанная ступня получила эвфемистическое название 'Золотой Лотос', хотя очевидно, что нога была перевязана свободно: девушка могла танцевать. Позже один эссеист, по-видимому большой ценитель данного обы- чая, описал 58 разновидностей ног 'женщины-лотоса', каждую оценив по 9-балльной шкале. К примеру: Типы: лепесток лотоса, молодая луна, стройная дуга, бамбуковый побег, китайский каштан. Особые характеристики: пухлость, мягкость, изящество. Классификации: Божественная (А-1): в высшей степени пухлая, мягкая и изящная. Дивная (А-2): слабая и утонченная. Бессмертная (А-3): прямая, самостоятельная. Драгоценная (В-1): подобная паве, слишком широкая, непропорциональная. Чистая (В-2): гусеподобная, слишком длинная и тонкая. Соблазнительная (В-3): плотская, короткая, широкая, круглая (недостатком этой ноги было то, что ее обладательница могла противостоять ветру). Чрезмерная (С-1): узкая, но недостаточно острая. Обычная (С-2): пухлая, распространенного типа. Неправильная (С-3): обезьяноподобная большая пятка, дающая возможность карабкаться. Все эти различия лишний раз доказывают, что 'бинтование ног' являлось опасной операцией. Неправильное наложение или изменение давления повязок имело неприятные последствия: никто из девушек не мог пережить обвинения в 'большеногом демоне' и стыда остаться незамужней. Даже обладательница 'Золотого Лотоса' (А-1) не могла почивать на лаврах: ей приходилось постоянно и скрупулезно следовать этикету, налагавшему целый ряд табу и ограничений: 1) не ходить с поднятыми кончиками пальцев; 2) не ходить с хотя бы временно ослабленными пятками; 3) не шевелить юбкой при сидении; 4) не двигать ногами при отдыхе. Этот же эссеист заключает свой трактат наиболее разумным (естественно, для мужчин) советом; 'не снимайте повязки, чтобы взглянуть на обнаженные ноги женщины, удовлетворитесь внешним видом. Ваше эстетическое чувство будет оскорблено, если вы нарушите это правило' [2]. Это верно. Без повязки нога выглядела так, как на рисунке.
бинтование ног
Типичный результат бинтования ног у китаянок.

  Физический процесс превращения нормальной ноги в то, что вы
видите на рисунке, описан Ховардом С. Леви в работе 'Китайское
'бинтование ног'. История причудливого эротического обычая'.
  'Успех или неуспех 'бинтования ног' зависел от умелого наложе-
ния повязки около 5 см в ширину и 3 метров в длину, которая
оборачивалась вокруг ноги следующим образом. Один конец
закрепляли на внутренней стороне стопы и далее тянули к пальцам
ног таким образом, чтобы подогнуть их внутрь подошвы. Большой
палец оставался свободным. Повязку сильно стягивали вокруг пятки,
чтобы она и пальцы оказались как можно ближе друг к другу. Затем
этот процесс повторялся, пока повязка не была полностью наложена.
Ступня ребенка подвергалась принудительному и постоянному
давлению, поскольку целью являлось не только ограничение развития
ступ ни, но и сгибание пальцев под ступню, а также максимально
тесное сведение пятки и подошвы' [3].
  Как свидетельствовал один христианский миссионер, 'иногда плоть
загнивала под повязкой, а иногда часть ступни отваливалась, палец
или даже несколько пальцев атрофировались' [4].
  Совсем недавно, в 1934 г., пожилая китаянка вспоминала свои
детские переживания:
  'Я родилась в консервативной семье в Пинг Си, и мне при шлось
столкнуться с болью при 'бинтовании ног' в семилетнем возрасте. Я
тогда была подвижным и жизнерадостным ребенком, любила прыгать,
но после этого все улетучилось. Старшая сестра терпела весь этот
процесс с 6 до 8 лет (это значит, потребовалось два года, чтобы
размер се ступни стал меньше 8 см). Был первый лунный месяц моего
седьмого года жизни, когда мне прокололи уши и вдели золотые
сережки. Мне говорили, что девочке приходится страдать дважды:
при прокалывании ушей и второй раз при 'бинтовании ног'.
Последнее началось на второй лунный месяц; мать консультировалась
по справочникам о наиболее подходящем дне. Я убежала и спряталась
в доме у соседей, но мать нашла меня, выбранила и притащила
домой. Она захлопнула за нами дверь спальни, вскипятила воду и
достала из ящичка повязки, обувь, нож и нитку с иголкой. Я
умоляла отложить это хотя бы на день, но мать сказала как
отрезала: 'Сегодня благоприятный день. Если бинтовать сегодня, то
тебе не будет больно, а если завтра, то будет ужасно болеть'. Она
вымыла мне ноги и наложила квасцы, а затем обрезала ногти. Потом
согнула пальцы и обвязала их материей трех метров в длину и пяти
сантиметров в ширину - сначала правую ногу, затем левую. После
того как все закончилось, она приказала мне пройтись, но, когда я
попыталась это сделать, боль показалась невыносимой.
  В ту ночь мать запретила мне снимать обувь. Мне казалось, что 
мои ноги горят, и спать я, естественно, не могла. Я заплакала, и
мать стала меня бить. В следующие дни я пыталась спрятаться, но
меня снова заставляли ходить.
  За сопротивление мать била меня по рукам и ногам. Избиения и
ругательства следовали за тайным снятием повязок. Через три или
четыре дня ноги омыли и добавили квасцы. Через несколько месяцев
все мои пальцы, кроме большого, были подогнуты, и, когда я ела
мясо или рыбу, ноги разбухали и гноились. Мать ругала меня за то,
что я делала упор на пятку при ходьбе, утверждая, что моя нога
никогда не приобретет прекрасные очертания. Она никогда не
позволяла менять по-вязки и вытирать кровь и гной, полагая, что,
когда из моей ступни исчезнет все мясо, она станет изящной. Если
я по ошибке сдирала ранку, то кровь текла ручьем. Мои большие
пальцы ног, когда-то сильные, гибкие и пухлые, теперь были
оберну-ты небольшими кусочками материи и вытянуты для придания им
формы молодой луны.
  Каждые две недели я меняла обувь, и новая пара должна была быть
на 3-4 миллиметра меньше предыдущей. Ботинки были неподатливы, и
влезть в них стоило больших усилий.
  Когда мне хотелось спокойно посидеть у печки, мать заставляла
меня ходить. После того как я сменила более 10 пар обуви, моя
ступня уменьшилась до 10 см. Я уже месяц носила повязки, когда
тот же обряд был совершен с моей младшей сестрой- когда никого не
было рядом, мы могли вместе поплакать. Летом ноги ужасно пахли
из-за крови и гноя, зимой мерзли из-за недостаточного
кровообращения, а когда я садилась около печки, то болели от
теплого воздуха. Четыре пальца на каждой ноге свернулись, как
мертвые гусеницы; вряд ли какой-нибудь чужестранец мог
представить, что они принадлежат человеку. Чтобы достичь
восьмисантиметрового раз-мера ноги, мне потребовалось два года.
Ногти на ногах вросли в кожу. Сильно согнутую подошву невозможно
было почесать. Если же она болела, то было трудно дотянуться до
нужного места хотя бы для того, чтобы просто его погладить. Мои
голени ослабели, ступни стали скрюченными, уродливыми и неприятно
пахли - как я завидовала девушкам, имевшим естественную форму
ног' [5].
  'Забинтованные ноги' были искалечены и чрезвычайно болели.
Женщине фактически приходилось ходить на внешней стороне
подогнутых под ступню пальцев. Пятка и внутренний свод стопы
напоминали подошву и пятку обуви с высоким каблуком.
Образовывались окаменелые мозоли; ногти врастали в кожу; стопа
кровоточила и истекала гноем; кровообращение практически
останавливалось. Такая женщина хромала при ходьбе, опиралась на
палку или передвигалась при помощи слуг. Чтобы не упасть, ей
приходилось ходить маленькими шажками. Фактически каждый шаг был
падением, от которого женщина удерживалась, только поспешно делая
следующий шаг. Прогулка требовала громадного напряжения.
  (...)
  И последнее. 'Бинтование ног' стало благодатной почвой для
появления и культивирования садизма, при этом явлении обычная
жестокость могла трансформироваться в зверства. Вот один из
кошмаров того времени.
  'Мачеха или тетя при 'бинтовании ног' проявляли куда большую
жесткость, чем родная мать. Существует описание старика, которому
доставляло удовольствие слышать плач своих дочерей при наложении
повязок...В доме все должны были пройти этот обряд. Первая жена и
наложницы имели право на послабления, и для них это было не таким
уж страшным событием. Они накладывали повязку один раз утром,
один раз вечером и еще раз перед сном. Муж и первая жена строго
проверяли плотность повязки, и те, кто ослаблял ее, подвергались
избиениям. Обувь для сна была настолько мала, что женщины просили
хозяина дома потереть их стопы, чтобы это принесло хоть какое-то
облегчение. Еще один богач 'славился' тем, что сек своих наложниц
по их крошечным ступням, пока не появлялась кровь' [10].
  '...Около 1931... разбойники напали на семью, и женщины,
прошедшие обряд 'бинтования ног', не смогли убежать. Бандиты,
раззадоренные неспособностью женщин быстро двигаться, заставили
их снять повязки и обувь и бегать босиком. Те кричали от боли и
отказывались, несмотря на избиения. Каждый бандит избрал жертву и
заставлял ее танцевать на острых камнях... Еще хуже относились к
проституткам. Их руки пробивали гвоздями, ногти заталкивали
внутрь тела, они кричали от боли в течение нескольких дней, после
чего умирали. Формой пытки было привязывание женщины таким
образом, чтобы ее ноги висели в воздухе, причем к каждому пальцу
ноги привязывали по кирпичу, пока пальцы не вытягивались или даже
отрывались' [11].

  Конец эпохи 'бинтования ног'
  Всю свою жизнь мы снова и снова задаемся одними и теми же
вопросами. Вопросами о людях, о том, что, как и почему они
делают. Как могли немцы лишить жизни 6 млн евреев, использовать
их кожу для изготовления абажуров и вырывать у них золотые зубы?
Как могли люди с белой кожей продавать и покупать людей с черным
цветом кожи, вешать и кастрировать их? Как могли 'американцы'
истребить индейские племена, забрать у них землю, распространить
среди них голод и болезни? Как может продолжаться по сей день
геноцид в Индокитае, день за днем, год за годом? Почему это
происходит?
  Женщины могли бы задаться другой серией трудных вопросов: поче-
му ходу истории сопутствовало повсеместное угнетение женщин?
Какое право имели инквизиторы сжигать женщин на кострах, называя
их ведьмами? Как могли мужчины идеализировать перевязанную ногу
искалеченной женщины? Как и почему?
  Традиция 'бинтования ног' существовала около 1000 лет. Как
оценить это преступление? Как измерить жестокость и боль,
наполнившие эту тысячу лет? Как проникнуть в суть тысячелетней
женской истории? Какими словами описать ту страшную реальность?
  Здесь мы не имеем дело со случаем, когда одна раса хотела войны 
с другой из-за пищи, земли или власти; одна нация не сражалась с
другой во имя реального или мнимого выживания; одна общность
людей в приступе истерии не истребляла другую. К этой ситуации не
подходит ни одно традиционное оправдание ,или объяснение такой
жестокости. Напротив, здесь один пол калечил другой в интересах
эротики, гармонии между мужчиной и женщиной, распределения соци-
альных ролей и красоты. Представьте масштаб совершенных преступ-
лений. Миллионы женщин в течение 1000 лет подвергались нанесению
жестоких увечий и становились калеками во имя эротики. Миллионы
людей в течение 1000 лет подвергались нанесению жестоких увечий и
становились калеками во имя красоты. Миллионы мужчин в течение
1000 лет наслаждались любовной игрой, связанной с обожествлением
перевязанной ноги.
  Миллионы матерей в течение 1000 лет наносили увечья и калечили
своих дочерей во имя прочного брака.
  Однако этот тысячелетний период является только верхушкой
страшного айсберга: крайние проявления романтических отношений и
ценностей, имеющих корни во всех культурах как сейчас, так и в
прошлом, показывают, что любовь мужчины к женщине, его
сексуальное обожание женщины, восторг и удовольствие, получаемое
от нее, само ее определение как женщины требовали ее уничтожения,
нанесения физических увечий и психологической лоботомии. Это и
есть природа той романтической любви, которая основана на
противоположных поведенческих ролях и отражена в истории женщины
на протяжении веков, а также в литературе: он торжествует во
время ее агонии, он обожествляет ее уродливость, он уничтожает ее
свободу, использует женщину только как объект сексуального
удовлетворения, даже если для этого требуется поломать ей кости.
Жестокость, садизм и унижение возникли как основное ядро этики
романтизма. Это уродливое ответвление культуры, какой мы ее
знаем.
  Женщина должна быть красивой. Все носители культурной мудрости
начиная со времен царя Соломона сходятся на этом: женщины должны
быть прекрасными. Благоговение перед женской красотой питает ро-
мантизм, дает ему энергию и оправда-ние. Красота трансформирована
в сей золотой идеал. Красота является абстрактным объектом
обожания. Женщина должна быть красивой, женщина есть сама
красота.
  Понятие красоты всегда включает в себя всю структуру данного
общества и является воплощением его ценностей. Общество с четко
выраженной аристократией имеет аристократические стандарты
красоты. В западных 'демократиях' определения красоты являются
'демократическими' по сути: даже если женщина не рождена
красивой, она может сделать себя привлекательной.
  Вопрос заключается не в том, что некоторые женщины не-красивы и
поэтому несправедливо судить о женщинах по их физической красоте;
и не в том, что раз мужчины не делятся по этому принципу, то
женщин тоже нельзя делить подобным образом; и не в том, что
мужчины должны прежде всего обращать внимание на внутренние
качества женщин; и не в том, что наши стандарты красоты являются,
по сути, ограниченными; и даже не в том, что оценка женщин
касательно этих стандартов красоты приводит к превращению их в
некое изделие или имущество, которое отличается от любимой коровы
фермера только внешней формой. Вопрос коренится в другом.
Стандарты красоты точно отражают отношение человека к своей
физической сущности. Они предписывают женщине необходимые черты:
быстроту, непредсказуемость, ту или иную походку, то или иное
поведение в разных ситуациях. Они ограничивают ее физическую
свободу. И, конечно, они устанавливают основополагающие отношения
между физической свободой и психологическим развитием,
возможностями интеллекта и созидательным потенциалом.
  В нашей культуре ни одна часть женского тела не осталась
незамеченной, неулучшенной. Ни одна черта, ни одна конечность не
осталась без внимания искусства, невредимой и неисправленной.
Волосы окрашиваются, лакируются, выпрямляются, завиваются; брови
выщипываются, подкрашиваются, подчеркиваются; глаза подводятся,
подкрашиваются, оттеняются; ресницы подвиваются или накладываются
искусственные - от макушки до кончиков пальцев все черты,
черточки и части тела обрабатываются. Этот процесс бесконечен. Он
движет экономику и является основой ролевой дифференциации мужчин
и женщин, самым непосредственным физическим и психологическим
проявлением женщины. С 11 или 12 лет и до конца жизни женщина
проводит массу времени, тратит массу денег и энергии на
'затягивание' себя, выщипывание волос, изменение или избавление
от естественных запахов. Распространено достаточно спорное
заблуждение, что мужчины-трансвеститы, используя макияж и женскую
одежду, являют собой карикатуру на женщин, какими бы те могли
стать, но любой человек, знакомый с романтической этикой, поймет,
что эти мужчины проникают в суть бытия женщины как идеологически
сконструированного существа.
  Технология и идеология красоты передаются от матери к дочери.
Мать учит дочь красить губы, брить подмышки, носить бюстгальтер,
стягивать талию и ходить в обуви на высоком каблуке. Каждый день
мать учит дочь поведению, роли и месту в жизни. И она обязательно
учит свою дочь психологии, определяющей женское поведение:
женщина должна быть красивой, чтобы радовать абстрактного и
влюбленного Его. То, что мы назвали этикой романтизма, так же
ярко проявляется в Америке и Европе XX века, как и в Китае X
века.
  Этот культурный перенос технологии, роли и психологии очевидным
образом влияет на эмоциональные отношения между матерью и доче-
рью. Он существенно подкрепляет амбивалентную динамику 'любовь -
ненависть' таких отношений. Что должна чувствовать китайская де-
вочка по отношению к матери, 'бинтовавшей' ей ногу? Что чувствует 
ребенок по отношению к матери, заставлявшей его совершать дейст-
вия, причиняющие боль? Мать принимает роль насильника, используя
соблазнение и принуждение в любых формах, чтобы заставить дочь
соответствовать нормам культуры. Именно потому, что такая роль
становится главной в отношениях 'мать - дочь', в будущем проблемы
между ними становятся неразрешимыми. Дочь, отвергающая навязанные
матерью нормы, вынуждена отказаться от своей матери, согласиться
с ненавистью и обидой, отчуждением от матери и общества настолько
сильным, что собственное женское естество оказывается уничтожен-
ным. Дочь, воспринявшая эти ценности, будет поступать так же, как
поступали с ней, и ее скрытые ярость и обида будут направлены на
ее собственную дочь и мать.
  Боль является неотъемлемой частью процесса ухода за собой, и 
это не случайно. Выщипывание бровей, бритье подмышек, затягивание
талии, обучение ходьбе в обуви на высоких каблуках, операции по
изменению формы носа или завивка волос - все это боль. Боль, ко-
нечно, дает прекрасный урок: никакая цена не может быть чрезмер-
ной для того, чтобы стать красивой: ни отвратительность процесса,
ни болезненность операции. Принятие боли и ее романтизация начи-
наются именно здесь, в детстве, в социализации, служащей подго-
товке женщины к родам, самоотречению и угождению супругу. Детский
опыт 'боли становления женщиной' придает женской психике мазохис-
тский оттенок, приучая к принятию такого своего образа, который
основан на пытках тела, удовольствии от пережитой боли и ограни-
чении в передвижении. Он создает характеры мазохистского толка, 
обнаруживаемые в психике уже взрослых женщин: услужливых, матери-
алистичных (поскольку все ценности сводятся к телу и его украше-
нию), интеллектуально скудных и творчески бесплодных. Он превра-
щает женский пол в менее развитый и более слабый, как бывает
неразвитой любая отсталая нация. Фактически последствия этого
навязанного отношения женщин к своим телам являются настолько
важными, глубоки-ми и обширными, что вряд ли какая-нибудь сфера
человеческой деятельности останется незатронутой ими.
  Мужчинам, естественно, нравятся женщины, которые 'ухаживают за
собой'. Отношение мужчины к накрашенной и модной женщине есть
приобретенный и навязанный обществом фетиш. Достаточно вспомнить
мужскую идеализацию 'забинтованных ног', чтобы узнать здесь ту же
социальную динамику. Романтические отношения мужчины и женщины,
основанные на ролевых различиях, превосходство, построенное на
культурно обоснованном подавлении женщин, а также на чувствах
стыда, вины и страха у женщин и в конечном итоге на сексе, - все
это связано с закреплением тягостного императива по уходу женщин
за собой.
  Вывод из этого анализа 'любовной' этики ясен. Первым шагом в
процессе освобождения (женщин от угнетения, мужчин - от несвободы
их фетишизма) является радикальное переосмысление отношения жен-
щины к своему телу. Оно должно быть освобождено даже в буквальном
смысле: от косметики, тугих затягивающих поясов и прочей ерунды.
Женщины должны перестать калечить свои тела и начать жить так,
как им удобно. Возможно, новые представления о красоте, которые
тогда возникнут, будут полностью демократичными и демонстрирую-
щими уважение к человеческой жизни в ее бесконечном и прекрасном 
разнообразии.

Примечания:
1 Howard S. Levy. Chinese footbinding: The history of a curious
  erotic custom (New York: W. Rawts, 1966), p. 39. Работа Леви
  является основным источником всего исторического и
  фактологического материала этой статьи.
2 Там же, с. 112.
3 Там же, с. 25-26.
4 Там же, с. 26.
5 Там же, с. 26-28.
6 Там же, с. 141.
7 Там же.
8 Там же, с. 182. ' Там же, с. 89.
10 Там же, с. 144.
11 Там же, с. 144-145.

  Переревод И. Караичева выполнен по:
  Andrea Dworkin, Gynocide: Chinese Footbinding, in Feminist
Frontiers III (Laurel Richardson, Verta Taylor, eds.), NY:
McGraw-Hill 1993, p. 60-68.

  Взято из книги "Антология гендерной теории", Минск, Пропилеи, 
2000. с.7-29


бинтование ног
бинтование ног

бинтование ног
бинтование ног


Возврат на главную страницу
Hosted by uCoz